Директор тоже хочет спать спокойно

Уж так повелось в России, что ложно понимаемые установки главы государства быстро трансформируются в политические амбиции отдельных чиновников, которые вооружившись известным лозунгом Макиавелли: «Цель оправдывает средства», невзирая на законы и здравый смысл, молниеносно приводят в действие разрушительную силу государственной машины, способную подорвать жизнедеятельность всего общества. Так и получилось. Выделил президент в конце 90-х годов одну из важнейших государственных задач по обеспечению бюджета налоговыми платежами и прокатилась по стране череда возбужденных против директоров и главных бухгалтеров предприятий уголовных дел по статье 199 Уголовного кодекса РФ, устанавливающей уголовную ответственность за уклонение от уплаты налогов или страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации.

Закон что дышло
Как это часто бывает, чтобы продемонстрировать стране и миру эффективность борьбы против злостных неплательщиков, правоохранительные органы начали по-своему читать статью 199 УК РФ. И прочли ее так, что многие невольно вспомнили пресловутую 58-ую УК годов сталинской репрессии, только в роли врага народа стал фигурировать директор предприятия, да и сами понятия “враг народа” и “злостный неплательщик” стали практически синонимами. Слава Богу, что санкция статьи 199 УК РФ не предусматривала никогда пожизненного заключения или смертной казни, а то возникшая в памяти страшная историческая параллель могла бы стать уже частью новейшей истории нашего государства. Максимальный срок наказания по этой статье после внесения изменений в нее в 1998 году – 7 лет лишения свободы. Однако для существовавшей до середины этого года налоговой полиции был важен сам процесс, а не результат, о чем свидетельствуют единичные приговоры судов, назначивших реальное наказание в виде лишения свободы.

Налоговая полиция, заручившись поддержкой органов прокуратуры и подавляющим большинством судов, предложила свое толкование статьи 199 УК РФ. В этой статье прямо назван только один способ совершения налогового преступления, а именно – внесение в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах. При этом закон говорит, что уклонение от уплаты налогов с организации может быть совершено и “иным способом”. Иными словами, законодатель оставил открытым перечень способов совершения налоговых преступлений, что и дало основания правоохранительным органам самостоятельно криминализировать деяния руководителей тех предприятий, у которых имелись налоговые проблемы. Юридическое творчество полицейских оказалось сомнительным и, мягко говоря, неправовым.

Уголовные дела по статье 199 УК РФ возбуждались крайне просто. Самая распространенная схема была следующая. Необходимо было установить всего 2 обстоятельства. Первое. У предприятия скопилась налоговая недоимка, превышающая 1000-кратный размер минимального размера оплаты труда. Второе. Расходование предприятием денежных средств, не связанных с уплатой налогов, например, на оплату коммунальных платежей, выдачу заработной платы, закупку сырья и т.д.. Цели расходования денег были неважны, главное, что они направлялись не на уплату налогов. Установив эти два обстоятельства налоговая полиция возбуждала уголовные дела по статье 199 УК РФ и привлекала к уголовной ответственности директоров и/или главных бухгалтеров.

Читайте также  Запись в трудовую книжку

Такой “легкий” способ упрятать неугодного директора за решетку чем-то напоминал процедуру возбуждения дела о банкротстве по закону о несостоятельности (банкротстве) образца 1998 года, служившему весьма удобным инструментом для передела собственности. Не заплатило предприятие по каким-либо причинам в течение трех месяцев сумму более 500 МРОТ, и оно практически уже банкрот. Проще говоря, если банкротное законодательство позволяло почти беспрепятственно завладеть наиболее ликвидными активами обанкротившегося предприятия, уголовное же – избавиться от неугодного директора с наиболее тяжкими для него последствиями, тем более, что уголовно-процессуальное законодательства позволяло и до сих пор дает возможность (правда, уже в судебном порядке) на время ведения предварительного расследования отстранять обвиняемого директора от должности, а после осуждения на основании статьи 199 УК РФ — лишать его права занимать руководящие должности.

Наибольший цинизм следственных и прокурорских органов по отношению к обвиняемым директорам всегда проявлялся при предложении к последним согласиться с предъявленным обвинением, признать себя виновным, быстренько заплатить сумму недоимки, после чего дело будет прекращено. Тех же, кто не соглашался пойти на такую сделку, пугали судами и лишением свободы с одновременным лишением права в дальнейшем быть директором. Ну как опять не вспомнить 30-е годы прошлого века и одиозного Генерального прокурора СССР А.Р.Вышинского, с его известным тезисом, про признание – царицу доказательств.

Не желая разбираться в истинных причинах образования налоговых долгов, пренебрегая указанием уголовного закона об умышленном характере налоговых преступлений следователи и прокуроры виртуозно применяли примечание 2 к статье 198 УК РФ (данное примечание распространяется и на ст.199 УК РФ) в совокупности со статьей 75 УК РФ и статьей 28 УПК РФ, регламентирующих прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Несмотря на то, что обвиняемый может отказаться от прекращения дела по данному основанию, на практике лишь немногие продолжали бороться, доказывая свою невиновность. Здесь нужно отметить, что рассматриваемое основание прекращения уголовного дела относится к так называемым нереабилитирующим основаниям, т.е. хоть уголовное преследование и прекращается, но лицо, которое деятельно раскаялось (признало себя виновным, способствовало раскрытию преступления и уплатило все налоги), тем не менее считается совершившим преступление.

Таким образом, признание вины – непременное условие закрытия уголовного в связи с деятельным раскаянием. Активное применение данного основания прекращения уголовного дела было выгодно, по сути, обеим сторонам – обвиняющим и обвиняемым. Для первых – возможность отчитаться о выявленных налоговых преступниках и продемонстрировать эффективность их работы, для вторых – избавление от “удовольствия” общения со следственными и судебными органами. У каждого был свой мотив, но, увы, как всегда неправовой.

Читайте также  Продажа приватизированного имущества

Расплывчатость формулировки статьи 199 УК РФ в части определения уклонения от уплаты налогов “иным способом” и, как следствие, уродливая ее практика применения правоохранительными органами всегда вызывали не только справедливую критику юристов, но и недовольство всего бизнес-сообщества. Возмущенные директора, оказавшиеся заложниками подобной небрежности законодателей и своевольным толкованием закона правоприменителями, обратились в Конституционный суд РФ с жалобами, в которых просили проверить конституционность статьи 199 УК РФ в части, предусматривающей уголовную ответственность за уклонение от уплаты налогов “иным способом”. К сожалению, высший судебный орган в своем Постановлении от 27 мая 2003 года № 9-П ничего неконституционного в статье 199 УК РФ не обнаружил. И хотя многие оказались разочарованными, все-таки указанное Постановление содержит некоторые, весьма важные для практики, положения, которыми обязаны руководствоваться все государственные органы.

Так, Конституционный суд РФ указал, что применительно к статье 199 УК РФ, органы, осуществляющие уголовное преследование, обязаны не только установить факт неуплаты налога, но и доказать противозаконность соответствующих действий (бездействия) налогоплательщика и наличие умысла на уклонение от уплаты налога. Отсутствие в статье 199 УК РФ перечня конкретных способов уклонения от уплаты законно установленных налогов – указывается в данном Постановлении – не дает правоприменителю оснований для произвольного привлечения к уголовной ответственности за неуплату налога, в том числе в случаях, когда налогоплательщик использует не противоречащие закону механизмы уменьшения налоговых платежей или допускает неуплату налога по неосторожности.

Не всякая неуплата – преступление
Повлияли ли выводы Конституционного суда РФ на правоприменительную практику в стране? Как показало общение автора с некоторыми коллегами из регионов – принципиально не повлияли. Однако решения отдельных судов все же “ломают” порочную практику привлечения директоров к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов в случаях наличия у возглавляемых ими предприятий недоимок и направления денежных средств на хозяйственные нужды последних.

Так, приговором Басманного районного суда г. Москвы от 29.08.2002г. Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. “г” ч.2 ст.199 УК РФ с осужден с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года условно. В приговоре суд, в частности, указал, что Б. виновен в уклонении от уплаты налогов с организации иным способом, в особо крупном размере, поскольку он давал указания бухгалтеру направлять денежные средства не на уплату налогов, а в счет оплаты труда рабочих комбината, на иные производственные цели. Суд установил, что “В судебном заседании Б. виновным себя не признал, по существу не отрицал того факта, что он действительно имел задолженность перед государством по уплате налогов, пояснил, что реальной возможности платить налоги в полном объеме не имел, поскольку производство комбината тогда должно быть приостановлено, в виду отсутствия дополнительных средств на оплату труда, закупку оборудования для комбината и других хозяйственных расходов. Вместе с тем, он знал, что первоочередно он должен был платить налоги и не иметь задолженности перед государством, однако он не платил в целях сохранения производства на комбинате, исключения банкротства и развала предприятия в целом”. И в следующем абзаце приговора суд делает вывод: “Несмотря на отрицание Б. своей вины, его виновность в содеянном подтверждена…”.

Читайте также  Штамп ИМНС на Уставе

Кассационным определением Судебной коллегии Московского городского суда от 15.10.2002г. приговор суда первой инстанции оставлен без изменения, а кассационные жалобы Б. и адвоката – без удовлетворения. Обратившись в надзорную инстанцию судья Московского городского суда своим Постановлением от 11.06.2003г. отказала в удовлетворении надзорной жалобы.

В порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством, адвокат обратился с надзорной жалобой уже к Председателю Московского городского суда, который своим Постановлением от 01.10.2003г., согласившись с доводами жалобы, возбудил надзорное производство и передал дело на рассмотрение Президиума Мосгорсуда. Суд надзорной инстанции своим Постановлением от 16.10.2003г. все вышеуказанные судебные акты отменил, дело в отношении Б. производством прекратил за отсутствием в его действиях состава преступления.

Президиум Московского городского суда указал в Постановлении:

  • суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, связанные с налоговыми недоимками, однако пришел к ошибочному выводу о том, что это явилось результатом совершенного Б. преступления;
  • доводы Б. о том, что денежные средства в первую очередь использовались на нужды предприятия для поддержания производства, чтобы избежать банкротства, подтверждаются планами производства и сметами затрат комбината;
  • из материалов дела видно, что на комбинате надлежащим образом велся бухгалтерский учет, все объекты налогообложения отражались в полном объеме, налоговые декларации сдавались в установленные сроки, вся система отчетности являлась полной достоверной. Данные обстоятельства говорят о том, что действия Б. не преследовали цели избежать уплаты налогов, поскольку их наличие правильно отражалось в налоговой отчетности и это свидетельствует об отсутствии у него умысла на совершение инкриминированного преступного деяния;
  • что касается просрочки в уплате налогов, то действующее законодательство относит такие действия к финансовым нарушениям налогоплательщика, которые уголовной ответственности по статье 199 УК РФ не влекут.

Возможно, “лед тронулся” и налогоплательщикам, попавшим под дамоклов меч правосудия, не стоит отчаиваться, а следует все же пытаться доказать свою правоту в суде, вооружившись приведенными выше и другими правовыми аргументами? И может прав Президент РФ, утверждая что в конфликте бизнеса и власти последнее слово — за судом. Только всегда ли суд демонстрирует нам объективность и непредвзятость? Но это тема уже другой статьи.

Конституционный контроль
Признайся и ты свободен!
Неплательщик скорее мертв, чем жив

Добавить комментарий